Конец дорогому баррелю? США открыли путь иранской нефти — как это скажется на бюджете РФ

Решение США выдать лицензию на сделки с иранской нефтью, нефтепродуктами и нефтехимической продукцией может привести к увеличению предложения на мировом рынке. Аналитики считают, что серьезного обвала цен ждать не стоит, однако дополнительное давление на котировки и нефтегазовые доходы России вполне возможно. Чего ждать от ситуации, разбиралась «Фонтанка.ру».

США выдали временную генеральную лицензию сроком на 60 дней, разрешающую продажу иранской нефти, нефтепродуктов и нефтехимической продукции. Решение стало частью договоренностей между Вашингтоном и Тегераном, достигнутых в рамках переговоров при посредничестве Пакистана.

По словам министра финансов США Скотта Бессента, послабления связаны с продолжающимися переговорами сторон. Лицензия действует до 21 августа и распространяется не только на экспорт сырья, но и на связанные с ним банковские расчеты, страхование и транспортировку. Именно упрощение этих процедур может ускорить возвращение иранской нефти на мировой рынок.

Эксперты расходятся в оценках того, сколько именно сырья может появиться на рынке в ближайшее время. Портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Дмитрий Скрябин напоминает, что на пике Иран экспортировал около 2,5 млн баррелей нефти в сутки, тогда как недавние поставки оценивались примерно в 2 млн баррелей.

«В оптимистичном сценарии речь может идти примерно о плюс 0,5 млн баррелей в сутки дополнительных поставок», — отмечает он.

По его мнению, для глобального нефтяного рынка это не критический объем. Более того, ожидания возвращения иранской нефти, вероятно, уже частично учтены в котировках, поэтому сильного давления на стоимость Brent такой сценарий не создаст.

Более высокую оценку возможного возвращения иранской нефти дает аналитик Freedom Global Владимир Чернов. По его мнению, речь может идти уже о 1–1,5 млн баррелей в сутки.

По его словам, до последнего обострения Иран экспортировал около 1,5–1,6 млн баррелей в сутки, поэтому участники рынка сейчас закладывают в цены восстановление именно этих объемов. Дополнительным источником предложения могут стать запасы нефти, находящиеся на танкерах.

Аналитик ФГ «Финам» Николай Дудченко отмечает, что до начала конфликта Иран добывал примерно 3,2 млн баррелей в сутки. Затем производство постепенно сокращалось: в марте — до 3 млн баррелей, в апреле — до 2,9 млн, а в мае — до 2,3 млн. За вычетом внутреннего потребления страны объем добытого сырья может оцениваться в 85 млн баррелей.

«Какой-то объем черного золота мог всё же поступать на рынок, особенно в первые дни конфликта. Таким образом, оценка в 70 млн баррелей скопившейся нефти выглядит в целом правдоподобно», — считает эксперт.

После сообщений о снижении рисков перебоев поставок через Ормузский пролив нефтяные котировки начали корректироваться. По словам Николая Дудченко, увеличение предложения уже влияет на стоимость сырья отрицательно, а цена Brent опустилась ниже 80 долларов за баррель.

По оценке Владимира Чернова, если поставки из Ирана будут восстанавливаться быстро, Brent может закрепиться в диапазоне 75–80 долларов за баррель. При спокойной ситуации на Ближнем Востоке стоимость барреля способна опуститься к отметкам 72–75 долларов.

При этом Дмитрий Скрябин полагает, что масштаб влияния будет ограниченным, поскольку рынок заранее учитывал вероятность возвращения иранских объемов.

Для России последствия окажутся более заметными, чем для мирового рынка в целом.

Иранская нефть конкурирует с российской прежде всего на азиатском направлении. По словам Владимира Чернова, если покупателям станет проще работать с иранскими поставщиками, российским экспортерам придется активнее бороться за спрос.

«В таком сценарии цена Urals может опуститься в район 62–66 долларов за баррель», — прогнозирует он.

Если же Brent снизится до 72–75 долларов за баррель, а дисконт на российское сырье расширится, стоимость Urals может приблизиться к 58–60 долларам.

Николай Дудченко также не исключает увеличения скидок на российскую нефть. По его словам, это станет дополнительным негативным фактором для нефтегазовых доходов страны.

Вместе с тем аналитик напоминает, что наполнение бюджета зависит не только от стоимости сырья. Важную роль играют объемы экспорта и курс рубля. По оценкам ФГ «Финам», при среднегодовой цене Urals около 70 долларов за баррель и среднем курсе 81 рубль за доллар нефтегазовые доходы могут приблизиться к запланированным 8,9 трлн рублей. Однако сейчас курс американской валюты находится ниже этого уровня. Во вторник, 23 июня, доллар вырос к рублю на 0,5%, до 74,6 рубля.

По мнению Дмитрия Скрябина, сейчас для российских финансов большее значение имеет не возможный рост предложения со стороны Ирана, а сочетание мировых цен и крепкого рубля. Он отмечает, что нефть Urals остается близкой к бюджетным ориентирам — около 56 долларов за баррель против заложенных в расчетах 59 долларов. Однако в рублевом выражении ситуация выглядит менее благоприятно.

«Фактическая цена барреля уже примерно на 20% ниже текущих ориентиров», — подчеркивает эксперт.

Владимир Чернов напоминает, что последствия для бюджета будут ощущаться с временным лагом. По его словам, июнь может пройти относительно спокойно, однако в июле и августе снижение нефтяных цен способно привести к сокращению дополнительных нефтегазовых поступлений.

«Пока Urals держится выше 59 долларов за баррель, бюджет получает поддержку от цены выше базового уровня. Но, если российская нефть закрепится около 58–60 долларов или ниже, дополнительные нефтегазовые доходы начнут заметно сокращаться», — объясняет он.