«Кто мог, уже давно уехал!» Жильцы аварийного дома в Туле рассказали о том, как шесть лет живут в страхе за свою жизнь

Сегодня стало известно о том, что глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин запросил отчет о ходе расследования уголовного дела, касающегося нарушения прав жильцов аварийного дома на улице Демьянова, 45б в Туле. Мол, люди годами живут в развалюхе, а власти не торопятся обеспечить гражданам не то чтобы комфортные, но даже безопасные условия для жизни. Редакция 71.RU отправилась посмотреть на дом, попавший в центр внимания высокого начальства, и поговорить с его жильцами.

Подъехав к дому на улице Демьянова, 45б, сразу задаешься вопросом: жилой он или заброшенный? Лай собаки из подъезда говорит о том, что дом, скорее всего, жилой. Оглядевшись по сторонам, решаем дернуть ручку деревянной двери с пробитой в обивке дырой. Открылась. В предбаннике подъезда темно, следующую дверь находим на ощупь. Нам открывается вид на старую деревянную лестницу и три двери в квартиры. Стены с осыпавшейся краской исписаны маркером. Светится одинокая тусклая лампочка.

По скрипучей деревянной лестнице поднимаемся дальше и оказываемся на втором этаже. На лестничной клетке стоит детский велосипед. Несмотря на ветхий подъезд, двери в некоторых квартирах новые. По ощущениям тесно и пахнет сыростью.

Во втором подъезде деревянные двери открыты нараспашку. На первом этаже три квартиры. Штукатурка на стенах давным-давно осыпалась. При подъеме по лестнице на второй этаж открывается жуткая картина: огромная трещина в стене и осыпавшийся потолок. В подъезде откровенно воняет, повсюду валяются бутылки и мятые сигаретные пачки. По углам куча серой паутины в пыли. Наверху еще три квартиры. В одной из них живет молодой мужчина вместе с матерью. Дмитрий поделился с корреспондентом 71.RU проблемами, с которыми сталкиваются жители дома последние шесть лет:

«Я живу здесь со своей матерью уже 40 лет. Дом очень старый, 1958 года постройки. Жить здесь попросту опасно. Недавно была третья попытка запуска отопления в доме, его прорвало, в одной из квартир хлестала вода фонтаном. Аварийные службы приехали и уехали, ничего сделать не смогли. Ремонтировать приходится всё за собственный счет. Управляющие компании от нас отказались. В доме нет домофона и замка, заходи — кто хочешь. Часто сюда захаживают непонятные люди и наркоманы, приходится выгонять их самостоятельно».

Дмитрий также указал на электросчетчик в подъезде, корпус которого сделан из дерева. Поскольку по своей профессии Дмитрий электрик, он знает, что по технике безопасности корпус должен быть металлическим.

«У нас тут живут и семьи с детьми. Сейчас наш дом признан аварийным, и нас предлагают расселить во временное жилье. То есть в комнаты в общежитии. Ну расселят нас, а что потом?» — жалуется Дмитрий.

В другом подъезде мы встретили пожилую женщину. Антонина — пенсионерка, ей 70 лет, она живет в этом доме всю свою жизнь. Женщина вынуждена до сих пор работать, чтобы помогать детям. У нее дочь одна воспитывает двоих детей и сын-вдовец с двумя ребятишками. Все живут в этом доме.

«Здесь никому ничего не надо. Убираться — никто здесь не убирается. Дворников нет. Я всё делаю сама. В соседней квартире текла крыша, в детской комнате практически обвалился потолок. Мы обращались с жалобами, но всё бесполезно. Управляющие сбежали. Кому есть где жить, те уже уехали, а что делать нам?» — рассказала Антонина об условиях, в которых живут четверо ее внуков.

Старшая по дому Елена Владимировна давно ведет борьбу за справедливость жильцов. Она здесь живет сызмальства и готова часами рассказывать о своих тщетных попытках хоть как-то решить ребром стоящий жилищный вопрос.

Со слов Елены, дом не ремонтировали с самой его постройки. Капитальный ремонт здесь по программе был запланирован на 2019 год. Кстати, в 2018 году появилась на одной из несущих стен та самая трещина, которая нас так шокировала. Люди с нетерпением ждали капремонта. Но когда подошел срок работ и в дом прибыл подрядчик, осмотрев здание, тот заявил, что капитально ремонтировать здесь уже нечего. Даже рабочих на чердак для осмотра крыши не пустил, мол, опасная это затея. В итоге в доме провели строительную экспертизу и его признали аварийным.

Согласно постановлению администрации города Тулы от 21 февраля 2019 года № 529, жильцов аварийного дома обещали расселить до конца 2024 года, затем в распоряжении администрации от 22 ноября 2021 года № 1/4163-р дату изменили на конец 2023 года.

«Нам говорили ждать программу о расселении жильцов аварийных домов. Но ни в 2023, ни в 2024 году ничего не изменилось. Мы должны были попасть в федеральную программу по расселению аварийного жилья в 2024 году, но не попали. Потом нам обещали, что нас расселят во втором квартале 2025 года, но из-за отсутствия денег в регионе теперь нас снова обещают расселить, но уже в четвертом квартале этого года», — сетует старшая по дому.

Сейчас аварийный дом находится под угрозой сноса. 5 сентября 2025 года из комитета по имущественным и земельным отношениям администрации города жильцам пришло требование о сносе дома до 1 октября 2025 года, и если оно не будет выполнено, то администрация вправе изъять жилое помещение для муниципальных и государственных нужд, а жителям выплатить компенсации. Конечно, никто из чиновников не ждет, что жители своими силами дом снесут, такое требование — это формальность для того, чтобы администрация изъяла землю и здание на ней под застройку.

Уголовное дело по статье 293 УК РФ (Халатность) против чиновников, вовремя не озаботившихся проблемами жителей дома-развалюхи, в СК по Тульской области завели еще в 2024 году, в этом году его возобновили. Вот только до сих пор виновные в этом бардаке должностные ответственные лица из числа сотрудников администрации города не установлены. Будем надеяться, что внимание Александра Бастрыкина сдвинет дело с мертвой точки.

Старшая по дому рассказала, что в их подъезде осталось всего 2 жилые квартиры, а во втором практически все еще заселены. В основном это люди, которые вынуждены жить в развалюхе не от большой любви к родному дому, а потому что у них нет средств решить проблему самостоятельно. Семья Антонины, сын и дочь которой растят детей в одиночку. Еще в одной квартире — сын с пожилым отцом, Елена Владимировна живет с сыном, по соседству — мужчина с престарелой матерью.

«Если дом соберутся сносить, то нам выплатят компенсацию, но какие это будут деньги, неизвестно. Ранее говорили про 115 тысяч за квадратный метр. У меня в квартире 72 квадратных метра. И я не прошу дать мне больше, мне просто нужно жилье равнозначное моему, — говорит Елена Владимировна. — Скорее всего нам дадут ограниченное количество времени на переезд. Я сомневаюсь, что за короткий период времени можно будет найти новое жилье».

Итак, людям обещают выплатить компенсацию из расчета 115 тысяч за метр. При этом новое жилье в Туле стоит от 128 тысяч до 199 тысяч за метр квадратный. То есть, чтобы купить себе квартиру взамен аварийной, жителям дома по Демьянова, 45б придется серьезно ужаться по площади.