«Самолеты те же, работа та же»: бортпроводников S7 лишили права на досрочную пенсию — их труд 10 лет был недостаточно «вредным»

В 2025 году три стюардессы авиакомпании S7 обратились в суд, потребовав восстановить их право на досрочную пенсию: оказалось, что в 2015 году их работа неожиданно перестала быть тяжелой и вредной (правда, только на бумаге), а в 2025-м «потяжелела» снова, но минувшие 10 лет полетов в льготный стаж так и не вошли. NGS.RU выслушал адвоката, представляющего интересы истцов, которые рассказали о сложности своей работы, и узнал официальную позицию авиакомпании. Позицию обратившихся в суд бортпроводниц изложила их адвокат, так как по условиям трудового соглашения работницы авиакомпании не могут общаться с журналистами. Имена двух стюардесс, рассказавших об условиях труда в воздухе, изменены по той же причине, настоящие данные известны редакции. «Для вас ничего не изменится» Когда ее позвали в отдел кадров, чтобы подписать дополнительное соглашение, бортпроводница S7 Airlines Марина даже не может вспомнить точно: это был рядовой момент, последствия которого она и ее коллеги заметили далеко не сразу. Текст документа, призналась она, прочитала по диагонали, но почувствовала какой-то смутный подвох. Правда, не поняла, в чем именно он состоял. «Мне дали допсоглашение, что у нас теперь другие условия труда, менее вредные. При этом сами условия труда не изменились ни капельки, как и зарплата. Меня это смутило, и я спросила, что для нас изменится: самолеты остались те же, работа та же. Мне ответили, что ровным счетом ничего: мы не потеряем ни в деньгах, ни в отпуске, а компании будет гораздо проще вести документооборот, — рассказала Марина. — Ощущение, что меня хотят как-то обвести вокруг пальца, у меня сразу появилось: одна наша девочка спросила, что [будет], если это соглашение не подписать, и ей ответили, что тогда она может искать другую работу, на этой ее никто не держит». Пролетавшая в качестве бортпроводницы с 2008 по 2024 год Александра тоже вспомнила, что фактических изменений она и ее коллеги поначалу не увидели: зарплата осталась «белой», отпуск не изменился. «Было очень много шуток, что мы с пилотами летаем на разных самолетах, потому что у них „вредность“ сохранилась, — рассказала Александра. — Мне очень нравилось работать стюардессой, но это было очень тяжело: давление, высота, может быть турбулентность, а ты выходишь в салон с тяжелой тележкой и обслуживаешь 200 человек. Но мало этого, есть еще и разные часовые пояса, и ночные рейсы. Последние года три после них я спала день, потом ночь и всё равно весь следующий день была как вялый помидор». Но с точки зрения законодательства и Марина, и ее коллеги уставали теперь не больше, чем если бы перекладывали бумаги в офисе. Хотя фактически в их работе — не соврали кадровики — действительно ничего не изменилось. Дьявол крылся в деталях. В 2015 году требования к оценке вредности труда некоторых профессий, в том числе и бортпроводников, изменились. Теперь мало числиться в утвержденном еще правительством СССР списке — нужно получить заключение, подтверждающее сложность условий. В части авиакомпаний всё осталось по-старому: специалисты по охране труда сочли, что бортпроводники, как и прежде, страдают от ежедневных взлетов и приземлений, шума, джетлагов и нарушений режима дня, и класс вредности в документах остался прежним — 3.1 (то есть условия труда являются не опасными, но вредными для здоровья). В других же, в частности в S7, ситуация почему-то изменилась: согласно заключению Клинского института охраны и условий труда, теперь класс вредности работы бортпроводников оценивался как 2. ООО «Клинский институт охраны и условий труда» — частная компания, которая была зарегистрирована в 2021 году как правопреемник компании АО «Клинский институт охраны и условий труда». Основным видом деятельности микропредприятия является разработка компьютерного программного обеспечения. Единственный учредитель и директор — Олег Косырев. По состоянию на конец 2024 года компания заработала 170 миллионов рублей и понесла чистый убыток в 5,3 миллиона рублей. «Когда эту вредность снимали и [в отделе кадров] подписывали с бортпроводниками дополнительные соглашения, девушкам сказали: мол, вы не переживайте, денежную надбавку за вредность снимают, но на сумму этой надбавки увеличивается сумма зарплаты, — рассказала адвокат Анастасия Брайчева. — Отпуск у бортпроводников зависит не от вредности, а от количества часов налета. А про право на дополнительную пенсию им никто ничего не сказал». Вредность труда кабинных (бортпроводников) и летных (пилотов) экипажей обусловлена тем, что на людей воздействуют шум, вибрация и космическая радиация (на высоте излучение выше, чем у поверхности Земли), а также изменения давления при взлете и посадке. Часть бортпроводников, как Марина, — в основном те, кто имел большой стаж работы и знал, что останется в авиакомпании, даже перестав летать, — предпочли проглотить обиду и продолжать работу. Другие решили побороться за свою раннюю пенсию. Сложности оценки вреда Летом 2025 года в Щербинский районный суд Москвы, согласно опубликованной на его сайте карточке дела, обратились три стюардессы, которые потребовали восстановить их трудовые права. «На самом деле [людей, столкнувшихся с подобной проблемой] гораздо больше, я полагаю, что мои доверители просто самые смелые: они до сих пор работают в авиакомпании. К чести компании, их — во всяком случае, пока — никто не притесняет. Но и урегулировать спор со своими работниками S7 категорически отказывается, утверждая, что всё они считали правильно», — заметила Анастасия Брайчева. По словам Анастасии Брайчевой, в 2015 году для установления класса вредности каждой профессии стала требоваться специальная оценка условий труда, проведенная аккредитованной компанией. В случае с S7 — Клинским институтом охраны и условий труда. Но критерии такой оценки появились только через 10 лет. «Всю оценку отдали на откуп коммерческим компаниям, которые без специальных методик оценивали, грубо говоря, кто в лес, кто по дрова, и оценивали одну авиакомпанию на 3.1, а другую [использующую такие же самолеты] — на двоечку, — отметила Анастасия Брайчева. — С нашей реформой пенсионного законодательства любые начисления, в том числе право выхода на досрочную пенсию, зависят от того, что за каждого работника с такой вредной профессией работодатель платит дополнительный тариф: плюс 2% за 2-й класс вредности и, по-моему, 4% за 3.1». Фактически авиакомпания сэкономила на бортпроводниках: в суд обратились только три девушки, еще кто-то поспешил сменить работодателя, а десятки, а может, сотни так и остались работать. Анастасия Брайчева заметила, что не указывала в заявлении, какую именно сумму должна доплатить авиакомпания в пенсионный фонд. Подсчитать необходимый для восстановления прав девушек взнос должны сами представители компании. Четкие требования к проведению специальной оценки условий труда появились только в 2025 году, и 1 марта всё тот же Клинский институт условий и охраны труда признал работу бортпроводников S7 такой же вредной, как и до 2015 года. «Я направила адвокатский запрос в Минтруд, и мне дали добросовестный подробный ответ (полный текст есть в распоряжении редакции НГС. — Прим. ред.) о том, что работа бортпроводников не стала легче в 2015 году и не потяжелела внезапно в 2025-м, а просто сейчас зафиксировали вредность труда, которая была неизменной на протяжении 10 лет, — пояснила Анастасия Брайчева. — В этом случае вредность не зависит от того, что самолеты становятся новее или тише». В случае если Щербинский районный суд Москвы встанет на сторону стюардесс, и Марина, и Александра намерены подать аналогичные исковые заявления. «Решения принимались на основе актуальных правовых норм» Представители авиакомпании S7 видят трудовой спор иначе. Согласно ответу на запрос НГС, они всегда исполняли требования трудового законодательства. «Все наши решения в области трудовых отношений и социальных обязательств принимались на основе актуальных правовых норм и заключений уполномоченных экспертных организаций. В настоящее время, после внесения соответствующих уточнений в нормативную базу, мы в полной мере исполняем все установленные требования», — прокомментировали спор в S7. Подробно комментировать свою позицию по делу представители авиакомпании отказались до того момента, пока суд не примет решение, но заверили, что ценят труд каждого члена экипажа и гарантируют, что их права соблюдаются — те, что предусмотрены законами. Впрочем, есть в неоднозначном трудовом споре и третья сторона — тот самый Клинский институт, который в 2015 году пришел к выводу, что работа у стюардесс S7 не вредная, а в 2025-м — что они все-таки нуждаются в льготной пенсии. НГС направил запрос в компанию, чтобы узнать, как именно специалисты компании оценивали условия труда бортпроводников и действительно ли часто вредность работы зависела только от авиакомпании, в которой были трудоустроены члены летного экипажа. На момент публикации ответ не поступил, НГС опубликует его, как только получит. Работа бортпроводников с самого начала своего существования окутана неким ореолом романтики. Но немало тех, кто в итоге в ней разочаровался. Что раздражает бортпроводников и о чем они не могут молчать — в колонке ростовчанина с пятилетним стажем полетов.